Содержание:
Мудрец
пястья, нежно провела пальцами по ладони.
- Я тебя обожгла...
- Мелочь. Несколько пузырей...
- Прости. Знаешь, джинн убрался. Окончательно и бесповоротно.
- Ты жалеешь?
- Не очень.
- Ну и хорошо. Помоги мне встать, пожалуйста.
- Погоди, - прошептала она. - А твое желание... Я слышала, чего ты пожелал. Я одурела, просто одурела. Всего я могла ожидать, только... Что тебя заставило так поступить, Геральт? Почему... Почему я?
- Не знаешь?
Она наклонилась, он почувствовал на лице прикосновение ее волос, пахнущих сиренью и крыжовником, вдруг понял, что никогда не забудет этого аромата, этого мягкого прикосновения, понял, что никогда уже не сможет сравнить их с другими запахами и другими прикосновениями. Йеннифэр поцеловала его, и он понял, что никогда не пожелает других губ, кроме этих мягких, влажных и сладких от помады. Он вдруг понял, что с этой минуты для него будет существовать только она, ее шея, ее руки и грудки, высвободившиеся из-под черного платья, ее нежная, прохладная кожа, не сравнимая ни с одной из тех, которых он касался. Он видел совсем рядом ее фиалковые глаза, прекраснейшие глаза в мире, глаза, которые, он так этого боялся, станут для него...
...всем. Он знал это.
- Твое желание, - шепнула она, приложив губы к самому его уху. - Не знаю, может ли вообще исполниться твое желание. Не знаю, существует ли в Природе Сила, способная исполнить такое желание. Но если может, то ты приговорил себя. Приговорил себя... ко мне.
Он прервал ее поцелуем, объятием, прикосновением, лаской, ласками, а потом уже всем, всем собою, каждою своей мыслью, единственной мыслью, всем, всем, всем. Они прервали тишину вздохами и шелестом раскидываемой по полу одежды, прервали тишину очень мягко и неторопливо, обстоятельно, заботливо и нежно, и хотя оба не очень-то знали, что такое заботливость и нежность, это свершилось, ибо они очень того хотели. И вообще, они не спешили - и весь мир вокруг перестал существовать, перестал существовать на краткий, совсем краткий миг, а им казалось, что это была целая вечность, потому что это действительно была целая вечность. А потом мир снова возник, но теперь он существовал уже совершенно по-другому.
- Геральт?
- Ммм...
- И что теперь?
- Не знаю.
- Я тоже не знаю. Потому что, понимаешь, я... Я не уверена, стоило ли тебе обрекать себя на меня. Я не умею... Подожди, что ты делаешь... Я хотела тебе сказать...
- Йеннифэр... Йен...
- Йен, - повторила она, полностью подчиняясь ему. - Никто никогда меня так не называл. Скажи еще раз, пожалуйста, ну скажи.
- Йен...
- Геральт...
17
Дождь прекратился. Над Риндой загорелась радуга, она пересекла небо оборванной многоцветной дугой. Казалось, она вырастает прямо из разрушенной крыши корчмы.
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52