Содержание:
Старик. Миниатюра
ностей не оберешься. Ты ведь профессионал и знаешь, что тот, кто ищет, всегда находит, было бы только желание. А искать будут с собаками, это ведь не журналиста какого завалить, и, помяни мое слово, отмазывать нас в случае чего будет некому. Так что, Сергей Петрович, здесь явный вариант с дерьмом — не лезь в него, чтобы не воняло, потом до смерти не отмоешься…
«Э хе хе… — Семен Натанович Бриль запер дверь подсобки и, выбрав пустую бутылку с этикеткой посолиднее — „Хеннесси“ для особо важных персон, принялся цедить в нее из грелки коньячный спирт. — Ах, кус мирен тохес, что за жизнь настала!»
Да, было счастье, да черт унес. Кажется, давно ли приходили «армянские бронепоезда», и что там грелками — кислородными подушками разливал Семен Натанович в порожнюю тару не какую нибудь там гадость, а настоящий неразбавленный «Арарат», то ли три, то ли пять звездочек, не важно, весь коньяк тогда был из одной бочки. «А что сейчас — тьфу!» Сморщившись от резкого спиртового запаха, аксакал стойки нюхнул из бутылки и поплелся на рабочее место. Плевать, для «Спермы старого пожарника» сгодится и не такое.
Внизу, на танцполе, буйно корежилась отведавшая «фараона» молодежь, пахло гашишем, женским потом и скандалом, и когда тот наконец разразился, да не просто в виде хипежа, а натурального битья по морде, Семен Натанович вздохнул: «И это ж таки наша смена!»
Настроение у него было хуже некуда: мало того что появилась новая разновидность наркоты и алкоголь вообще всем сделался до фени, так уже вторую смену не выходила на работу посудомойщица. Сука рваная Нинка, падла грязная и несознательная. Просто взяла и испарилась, на пару со своей сестренкой, недоразвитой Розкой, — сгинули. А директор прямо так и сказал: «Не дергайся, Семен, и сиди на жопе ровно, крыша их трудоустроила, она им и расчет дала. Не вошкайся пока».
«А чашки, едрена вошь, кто будет мыть?» Яростно выругавшись, бармен облагородил разбодяженное пиво щепоткой соды — для пены, чтобы никакая сволочь не придралась, и в это время раздалась телефонная трель.
— Семен Натанович, к тебе сейчас подойдет барышня, будет работать посудомойкой. — Директор начал разговор в официальном тоне, и это означало присутствие поблизости посторонних. — Введи в курс дела, так сказать, личным примером, не обижай…
«Сподобились наконец». Мученик барной стойки повесил трубку и приготовился к самому худшему: снова пришлют задрыгу какую нибудь. За что караешь, Господи?
Обстановка нездоровая, музыка грохочет, накурено, а главное, тяги никакой. Нет, к чертовой матери, видел он эту работу в гробу и в белых полотняных тапочках…
— Салют, папа, я от бугра. — Безрадостный поток его мыслей прервался с появлением фигуристой ложной блондинки. Прищурившись блядским глазом, красотка улыбнулась во всю парцелановую пасть: — Впрягаюсь в пахоту ложкомойницей. Чего тебе помыть, папа? — И сделала похабный жест изящной ручкой с длинными зелеными ногтями.
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51