Содержание:
Поэт. Набросок
зительной
форме объяснил ему, насколько с его, пса, стороны смешно надеяться на
встречу с Президентом.
Пес, как сообщалось в статье, был вежлив и вел себя очень
прилично. Он сидел перед Белым домом и не доставлял никаких хлопот,
даже не гонял до газону за белками.
"Автор этих строк, - писалось далее, - сделал попытку поговорить с
ним. Мы задали ему несколько вопросов, но он молчал как убитый. Только
улыбался".
И вот он собственной персоной; как живой, глядел на меня с
первой страницы - эдакий лохматый симпатичный бездельник, которого
никому и в голову не придет принимать всерьез.
Впрочем, и автор статьи, и все остальные не так уж виноваты,
подумал я, - и впрямь, что может быть фантастичнее лохматого говорящего
пса. А если призадуматься, этот пес своей безмерной нелепостью ничуть не
уступает банде кегельных шаров, собравшихся завладеть Землей.
Если б людям грозила опасность зримая, связанная, например, с
кровопролитием, войной, ее бы поняли. Но нынешняя опасность не
обладала этим качеством и именно поэтому была еще страшней.
Стирлинг говорил о существе, которое не зависит от окружающих
его условий, - именно такими и были эти пришельцы. Они могли
приспособиться ко всему; они могли принять любую форму; они могли
усвоить и использовать в своих интересах любой образ мышления; для
достижения своих целей они могли извратить принципы любой
экономической, политической или социальной системы.
Они обладали безграничной гибкостью; они приспособились бы к
любым условиям, которые могли быть созданы с целью их уничтожения.
И вполне возможно, сказал я себе, что на Земле сейчас орудует не
множество кегельных шаров, а одна гигантская особь, способная делиться
на несметное количество частей и с той или иной целью принимать самые
разнообразные формы, оставаясь при этом единым организмом, которому
известно все, чем занимаются его отдельные составные элементы.
Каким же способом можно уничтожить подобное существо? -
спросил я себя. Как оказать ему сопротивление? Однако, если это
действительно был единый исполинский организм, некоторые его аспекты
не поддавались объяснению. Почему, скажем, в усадьбе "Белмонт" вместо
Этвуда ждала меня девушка без имени?
Мы о них ничего не знали, и у нас уже не осталось времени на их -
или его - изучение. А человеку подобные сведения пошли бы на пользу, ибо
не приходилось сомневаться, что цивилизация этого врага во многих
отношениях так же сложна и своеобразна, как и цивилизация человечества.
Они могли превращаться во что угодно. Они, наверное, могли -
правда, в каких-то пределах - предвидеть будущее. Они затаились в засаде
и будут сидеть в засаде до последнего. А вдруг, спросил я себя,
человечество погибнет, так и не узнав причины своей гибели?
А я - как мне сл
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53