Содержание:
Петербургские типы
, протянула руку и распахнула
дверцу.
Я обошел машину, сел за руль. Повернул ключ, и мотор завелся.
- Вот видишь! - воскликнула Джой.
- Но она все-таки могла тут быть, - не сдавался я.
- Допустим. Но мы ведь не можем жить в вечном страхе перед этой
бомбой, - сказала она. - Если они захотят нас убить, в их распоряжении
миллион других способов лишить нас жизни.
- Они убили Стирлинга. И вероятно, не его одного. На мою жизнь
они уже покушались дважды.
- И оба раза неудачно, - напомнила она. - Мне почему-то кажется,
что они больше на это не пойдут.
- Интуиция?
- Паркер, они ведь тоже могут обладать интуицией.
- А при чем тут их интуиция?
- Ни при чем. В общем-то я имела в виду другое. Я хотела сказать,
что, сколько бы они ни изучали нас, как бы в интересах дела ни старались
на нас походить, они никогда не научатся мыслить, как мы.
- Поэтому ты считаешь, что после двух неудачных покушений на
чью-либо жизнь они должны оставить этого человека в покое, верно?
- Не совсем, хотя такое тоже возможно. Во всяком случае, они
никогда не прибегнут к одному и тому же методу дважды.
- Значит, впредь я могу не опасаться бомб, капканов и засад в
стенном шкафу.
- Возможно, они суеверны, - продолжала она. - А может, таков их
образ мышления. Или их логика, о которой мы не имеем ни малейшего
представления.
Я понял, что она все время только об этом и думала, пытаясь
разложить все по полочкам. Ее хорошенькая головка была наполнена
всевозможными предположениями и догадками и непрерывно
перемалывала немногие известные нам реальные или кажущиеся факты. Но
для нас это темный лес, подумал я. Мы слишком мало знали, чтобы по-
настоящему в этом разобраться. С человеческим складом мышления нечего
и пытаться думать за пришельцев, когда не знаешь, как именно они
мыслят. И даже если бы это было известно, нет никакой гарантии, что
процесс человеческого мышления можно втиснуть в чуждое ему русло.
Джой подошла к этому с другого конца. По ее словам, пришельцы,
как бы они к этому ни стремились, никогда не смогут мыслить по-
человечески. Но при этом у них было куда больше шансов мыслить по-
нашему, чем у нас - мыслить как они. Они ведь изучали нас - одному богу
ведомо, как долго. И их было много; сколько - этого тоже никто не знал. А
что, если я заблуждаюсь? А вдруг на Земле только один пришелец,
раздробленный на отдельные элементы - каждый размером с кегельный
шар, - так что одно-единственное существо способно быть одновременно в
нескольких местах и нескольких обличьях?
Но даже если это самостоятельные индивидуумы, если каждый
кегельный шар представляет собой отдельную особь, между ними
существует такая тесная связь, о которой людям не приходится и мечтать.
Ведь для того чтобы, скажем, создать
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54