Содержание:
Петербургские типы
орично.
Я свернул на боковую улицу, держа путь к Университетской авеню.
- Может, это пустая затея, - сказала Джой. - Вдруг окажется, что
парадное заперто.
- Когда мы уходили оттуда, оно было открыто, - возразил я.
- Но ведь сторож мог его потом запереть.
Однако он этого не сделал.
Мы беспрепятственно проникли в здание и, стараясь ступать как
можно тише, поднялись по лестнице.
Мы подошли к лаборатории Стирлинга, и Джой протянула мне
ключ. Немного повозившись, я наконец попал ключом в скважину,
повернул его и распахнул дверь.
Мы вошли, и я закрыл за нами дверь. Щелкнул замок.
Комната была слабо освещена: на лабораторном столе мерцала
крохотная спиртовка, которая - я был в этом уверен - раньше тут не горела.
А у стола на высоком табурете восседала какая-то странно искривленная
фигура.
- Добрый вечер, друзья, - произнесла фигура.
Я безошибочно узнал этот звучный, отлично поставленный голос.
На табурете сидел Этвуд.
25.
Мы застыли на месте, пожирая его глазами, а он вдруг захихикал.
Возможно, он собирался разразиться хохотом, но из его горла вырвалось
лишь жалкое хихиканье.
- Если я выгляжу несколько необычно, - сказал он, - то это потому,
что я здесь не весь. Я частично вернулся домой.
Теперь, когда наши глаза немного привыкли к полумраку, мы
разглядели его получше - он был скрючен, кривобок и как-то даже маловат
для человека. Он был невероятно худ, одна рука короче другой, а лицо
перекошенно и деформировано. И однако же, одежда сидела на нем как
влитая, словно была сшита с учетом всех его физических недостатков.
- На то есть еще одна причина, - заметил я. - Вы ведь лишились
своей модели.
Я порылся в кармане пальто и выудил маленькую куклу, которую
подобрал на полу в подвале усадьбы "Белмонт".
- Я далек от того, чтобы использовать это вам в ущерб, - сказал я.
Я швырнул ему куклу, и, несмотря на скудное освещение, он ловко
поймал ее укороченной рукой. И едва кукла коснулась его пальцев, она
моментально растворилась в нем, словно его тело или рука были ртом,
который в мгновение ока всосал ее.
Его лицо обрело симметрию, руки сравнялись в длине, бесследно
исчезла кривобокость. Но зато одежда теперь сидела на нем прескверно, а
короткий рукав пиджака едва прикрывал половину руки. И он все еще был
меньше, гораздо меньше того Этвуда, которого я помнил.
- Благодарю,. - сказал он. - Это помогает. С ней значительно легче
сохранять свой облик - не нужно так сосредоточиваться.
Рукав вырастал на глазах, постепенно закрывая руку. Менялась и
остальная одежда, приспосабливаясь к новой форме его тела.
- Хлопот не оберешься с этой одеждой, - вскользь заметил он.
- Вот почему в вашей конторе, в той, что в центре города, собран
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54