Содержание:
О чиже, который лгал, и о дятле — любителе истины
на третью ступеньку, меня вдруг
остановил чей-то голос.
- Мистер Грейвс, - произнес голос.
Это был мягкий интеллигентный голос, и говорил он самым
естественным, нормальным тоном. И хотя я уловил в нем вопросительные
интонации, вопрос этот был чисто риторическим. У меня встали дыбом
волосы и миллионом игл вонзились в кожу головы.
Я мгновенно обернулся, судорожно хватаясь за пистолет,
оттягивавший мне карман.
Когда я его уже наполовину вытащил, голос заговорил снова.
- Я - Этвуд, - сказал голос. - Приношу свои извинения за
испорченный звонок.
- Я еще и стучал.
- Я не слышал вашего стука. Я работал в подвале.
Я уже разглядел в вестибюле его темную фигуру. Я разжал пальцы,
и пистолет скользнул обратно в карман.
- Мы можем спуститься в подвал, - предложил Этвуд, - и славно
побеседовать. Это место едва ли подходит для продолжительного
разговора.
- Как вам будет угодно, - сказал я.
Я сошел со ступенек, и он повел меня через вестибюль к двери в
подвал.
Горевшая внизу лампа заливала светом лестничную клетку, и
теперь я его рассмотрел как следует. Внешность у него была самая
заурядная - спокойный, приятный мужчина делового типа.
- Мне здесь нравится, - заметил Этвуд, легко и беззаботно
спускаясь по ступенькам. - Прежний хозяин устроил в подвале комнату для
развлечений, которая из всех помещений этого дома, по-моему, наиболее
пригодна для жилья. Может быть, потому, что сам дом очень стар, а эта
комната оборудована совсем недавно.
Мы спустились до конца лестницы, свернули за угол и очутились в
комнате для развлечений.
Это было обширное длинное помещение, тянувшееся через весь
подвал; в каждом конце его было по камину, а на выложенном красной
плиткой полу в беспорядке расставлена кое-какая мебель. У одной стены
стоял письменный стол, заваленный бумагами, а в противоположной стене
чернела дыра - просверленная в стене круглая дыра такого диаметра, что в
нее свободно мог пройти кегельный шар, и из нее дул холодный ветер,
леденивший мне лодыжки. В воздухе едва ощутимо попахивало тем самым
лосьоном для бритья.
Уголком глаза я заметил, что Этвуд наблюдает за мной. Я
попытался справиться со своим лицом - не превратить его в застывшую
маску, а придать ему то выражение, которое, как мне казалось, было ему
свойственно в повседневной жизни. И мне, видно, это удалось, потому что
на лице Этвуда не мелькнуло и тени улыбки, которую он вряд ли бы скрыл,
подметив во мне признаки замешательства или страха.
- Вы правы, - произнес я. - Здесь и впрямь очень уютно.
Я сказал это для того, чтобы нарушить молчание. Комната была
совершенно нежилой, во всяком случае, по человеческим канонам. Пыль
здесь лежала почти таким же толстым слоем, как и наверху. Повсюду
валялся сам
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54