Содержание:
О чиже, который лгал, и о дятле — любителе истины
рь спускался более осторожно,
внимательно разглядывая каждую ступеньку, словно это могло дать мне
какой-нибудь ключ к разгадке того, что здесь произошло.
Спустившись на площадку следующего этажа, я вновь
почувствовал запах лосьона - тот самый запах, который исходил от Беннета
и который я уловил в конторе, где нашел его кукольного двойника.
На нижних ступеньках и на полу площадки я заметил какое-то
мокрое пятно - словно кто-то пролил тут немного воды. Нагнувшись, я
провел по нему пальцами - ничего особенного, обыкновенное мокрое пятно.
Подняв к лицу руку, я понюхал пальцы: они пахли лосьоном, и
сейчас запах его был значительно сильнее, чем раньше.
Я увидел, что две влажные полоски тянутся через вою площадку и
спускаются по лестнице вниз, на следующий этаж, как будто кто-то нес
здесь стакан с водой, а со стакана непрерывно капало на пол. Вот он, след
того, кто должен был умереть, подумал я; эта влага и есть тот след, который
он после себя оставил.
Ужасом веяло от этой лестничной клетки, такой пустой и тихой,
что, казалось бы, тут вообще не могло быть места каким-либо эмоциям,
даже ужасу. Но этот ужас частично порождали сама пустота, пустота там,
где должен был лежать труп, и влажный пахучий след, указывавший путь,
по которому он удалился.
Ужас с воем впился мне в мозг, и я бросился вниз по ступенькам,
на бегу пытаясь представить, как мне себя вести, если где-то на лестнице
меня подстерегает этот призрак, и чем это мне грозит; но даже страх перед
этой встречей не заставил меня замедлить шаг, и я продолжал с грохотом
мчаться вниз, пока не очутился на первом этаже.
Здесь было пусто, если не считать мальчишки-чистильщика,
который дремал, откинувшись вместе со стулом к стене, да продавца
табачного киоска, читавшего расстеленную на прилавке газету.
Продавец поднял голову, а чистильщик дернулся вперед, так что
передние ножки стула громко стукнули об пол, но, прежде чем кто-либо из
них успел раскрыть рот, я уже проскочил через вращающуюся дверь и
очутился на улице. На улице стало еще многолюднее: был вечер пятницы -
один из двух вечеров, когда в центральные магазины со всего города
стекаются толпы покупателей.
По улице я уже не бежал - здесь я чувствовал себя в относительной
безопасности. Остановившись на углу, я оглянулся на "Мак Кендлесс
Билдинг" и увидел самое обыкновенное здание, старое, изъеденное
временем здание, которое отжило свой век и в недалеком будущем будет
снесено. В нем не было ничего таинственного, ничего зловещего.
Но от его вида меня пробрала дрожь, словно меня коснулось
ледяное дыхание зимнего ветра.
Я точно знал, в чем я сейчас остро нуждался, и отправился искать
кафе. Народ только начал собираться, в полумраке, в глубине бара кто-то
играл на пианино. Вернее, не игра
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54